Большое интервью Ломаченко: о тренировках отца, баре с пивом и переходе в новый вес

фото - Большое интервью Ломаченко: о тренировках отца, баре с пивом и переходе в новый вес
Василий Ломаченко
22 ноября 2018, 19:39

В преддверии объединительного поединка между чемпионами в лёгком весе (до 61,2 кг) Хосе Педрасой (25-1, 12 КО) и Василием Ломаченко (11-1, 9 КО), который состоится 8 декабря в Нью-Йорке (США), британский телеканал Boxnation показал интервью украинского чемпиона, взятое во время пребывания Василия в Британии.

Ломаченко рассказал о ранних воспоминаниях о боксе, методах тренировки своего отца, прошедших титульных поединках, будущей встрече с чемпионом WBC Майки Гарсией (39-0, 30 КО), выбрал лучшего боксёра на планете, поведал, когда подумает о переходе в категорию до 63,5 кг и ответил на другие вопросы британского журналиста.

— Вы выигрывали здесь, в Британии, чемпионат Европы, олимпийское золото, боксировали в WSB. У вас хорошие воспоминания о пребывании здесь?

— Да, конечно. В первый раз я был здесь в 2008 году в Ливерпуле на чемпионате Европы. У меня хорошие воспоминания, потому что я выиграл тот чемпионат. Мне нравится Англия, потому что люди понимают бокс, вот почему мне нравится боксировать в Британии.

— Мы сможем увидеть вас в ринге здесь в ближайшие годы?

— Я не знаю, но я хочу здесь подраться. Это вопрос не ко мне, а к моему промоутеру.


Читайте также: Энтони Кролла — о том, почему он не может отказаться от боя с Василием Ломаченко


— Сколько вам было лет, когда вы пришли в бокс?

— Я не помню, потому что когда я вернулся домой из роддома, это было 30 лет назад. Мне было всего три дня отроду и отец надел на меня боксёрские перчатки. После этого момента я начал тренироваться, программа бокса загружалась в мою голову.

— Какое ваше самое ранее воспоминание о боксе?

— Я думаю, это было в 1994 году, мне было 6 лет. У меня был первый бой в боксёрском зале, в моём городе. Я помню, что я дрался с парнем, который был крупнее и старше меня, и в том бою я победил.

— Ваш отец был тем, кто воодушевил вас боксировать?

— Да. Мой отец показал мне этот интересный спорт.

— Это правда, что когда вы были молоды, он заставил вас заняться балетом?

— Не балетом, а национальными танцами. Да, я занимался танцами несколько лет.

— Это помогло вам в боксе для создания вашего удивительного баланса?

— Я не знаю, может быть. Мы не можем прожить жизнь повторно. Я не знаю, помогло ли, может быть.

— В каком возрасте вам сказали, что вы особенный боксёр?

— Это было в 2004 году после чемпионата Европы в России. Мне было шестнадцать. Я выиграл чемпионат и выиграл специальный кубок самому техничному боксёру. После этого момента многие в Украине мне говорили, что я особенный. Мне говорили, чтобы я продолжал тренироваться и готовился к Олимпийским играм, но я знал о своих возможностях ещё с того времени, как начал карьеру боксёра.


Читайте также: Интервью Василия Ломаченко — о Поветкине, Нурмагомедове, Мэйуэзере и трештокерах 


— Вы всегда знали, что вы особенный?

— Да, я всегда это знал.

— Ваш отец был с вами с самого начала. Каково это — работать с отцом-тренером?

— Я не могу разделить отца и тренера. Он всегда для меня отец. В тренировках или дома, он всегда для меня отец. Конечно, у нас бывают проблемы, как у отца и его сына, но это не большая проблема.

— Если у вас бывают размолвки, то обычно это по поводу бокса?

— Нет, не только по поводу бокса.

— Некоторые люди называют тренировочные методы вашего отца странными, например, игру в теннис с самим собой.

— Это всего лишь мнение людей. Для меня это не имеет значения. У меня есть результат, который говорит сам за себя. Он — гений.

— Может быть больше бойцов должны использовать его методы, чтобы получить лучшие результаты?

— Может быть, но это не зависит от некоторых упражнений. Он чувствует тебя, понимает, он чувствует твою физическую форму. Он видит твои возможности и может изменить тренировки, упражнения.

— У вас была прекрасная любительская карьера: почти 400 поединков при одном поражении. Какое ваше самое запоминающееся событие в любительской карьере?

— Самое большое событие в моей жизни — это победа на моих первых Олимпийских играх. Это событие я буду помнить всю свою жизнь. Я помню все мои бои на Олимпийских играх. Это была моя детская мечта и цель, вот почему я буду помнить это всегда.

— Вы выиграли кубок Вэла Баркера в 2008 году?

— Да.

— Когда вы начали профессиональную карьеру в 2012 году, многие промоутеры хотели вас подписать. Для вас решение подписать контракт с Top Rank было простым?

— Тогда это был тяжёлый вопрос, потому что когда я приходил к промоутерам, я говорил, что мне не нужны деньги, мне нужен был чемпионский бой в первом поединке. В Golden Boy сказали, что не могут этого сделать, сказали, что могут это сделать во втором бою. Я сказал: «Хорошо, высылайте мне контракт, я изучу и подпишу его». Но после нескольких дней мы так и не получили контракт. Мы пошли в Top Rank. Я сказал то же самое там. Арум сказал: «Ок, я сделаю это». Он отправил мне контракт и я подписал его.

— Ваш второй бой был против Орландо Салидо за титул WBO. Что вы думаете о том бое?

— Я не проиграл этот бой.

— Вы много чего узнали из того боя?

— Я узнал то, что это профессиональный, а не любительский бокс. Если твой оппонент боксирует против тебя грязно, то и ты должен боксировать также. Нельзя отдавать решение в руки судей.

— Через три месяца вы стали чемпионом мира, победив Гэри Рассела, который был очень искусным бойцом. Насколько хорошим было ваше выступление против Рассела?

— У нас был план на этот поединок, но я немного отошёл от него. Бой прошёл не так плохо, но я не смог остановить его, хотя чувствовал, что могу это сделать. Я был уверен, что победил, но судьи думали по-другому. Из трёх судей только двое дали мне победу. Решение судей не отражало бой, но это моё мнение.

— Но вы же победили.

— Да.


Читайте также: Интервью Василия Ломаченко: Мы все знаем, где моё место в pound-for-pound


— Каково это было — стать чемпионом в двух категориях? Вы победили Романа Мартинеса, который был более опытен, как профессионал.

— Я всегда люблю испытания, всегда. Для меня этот бой был большим испытанием, потому что я хочу быть в истории. Слава того боя была для меня очень важной. На следующий день после выигрыша второго титула я уже думал о третьем, и мы сделали это.

— Вы заставили многих боксёров сдаться на табуретке. Соса, Марриага, Ригондо. Давайте поговорим об этих поединках.

— Я думаю, они не были готовы ментально. Да, они были готовы физически, но не ментально. Вот почему они остановились после 7-8 раундов.

— Марриага принял большое избиение в седьмом раунде.

— Марриага был парнем из другой весовой категории, он слишком лёгкий для 59 кг.

— Вы расстроены тем, что Ригондо не предоставил вам больше испытаний?

— Да, я расстроен, потому что перед боем было много «треша». Трештокинга, много постов в Instagram и Twitter, а после этого он сказал: «No mas». В моей голове созрел большой вопрос: «Как так?» Я был расстроен.

— Что вы думаете о боксёрах, которые отказываются продолжать бой?

— Я не могу их судить, потому что я не был в их положении.

— Каково это было — стать чемпионом в трёх дивизионах в поединке против Хорхе Линареса? Вы травмировали плечо в начале поединка и побывали в нокдауне. Можете рассказать о том поединке?

— Да, у меня были некоторые проблемы в том бою. Была проблема с плечом после второго раунда. Я провёл правый хук и почувствовал боль. В следующем раунде я попробовал повторить правый хук и почувствовал очень большую боль, и я не мог использовать этот удар. Я использовал только джеб и апперкот. После четвёртого раунда я прочувствовал Линареса, я прочувствовал, что мне нужно делать с ним, и я расслабился, а после этого — ба-ам. Я встал и подумал: «Ок, нам нужно начинать сначала». После десятого раунда я подумал, что у меня осталось три чемпионских раунда, чтобы закончить этот бой. Я чувствовал боль, но провёл несколько правых хуков. Я смог открыть его защиту и после этого я провёл удар по корпусу.

— Вы вернётесь в ринг против Хосе Педрасы в объединительном бою. Какого рода испытанием будь этот поединок?

— Для меня это будет очень хороший бой, потому что я смогу объединить титулы. У меня есть мечта — объединить все титулы, и после боя с Педрасой мы сможем говорить с Майки Гарсией.

— Майки Гарсиа — это самая большая угроза для вас в лёгком весе?

— Я не знаю, но для меня это очень интересно. Посмотрим. Я смогу ответить на этот вопрос после боя с ним.


Читайте также: Майки Гарсиа: Ломаченко дерётся с Педрасой, а я со Спенсом — чувствуете разницу?


— Ваши глаза загораются, и этот бой заводит вас, так ли это?

— Да, потому что я очень сильно люблю испытания.

— Для многих болельщиков вы — номер один в pound-for-pound. Вы думаете, вы номер один в мире или это кто-нибудь другой?

— [смеётся].

— Так вы думаете, что вы номер один?

— Да.

— Как вы думаете, сколько дивизионов вы сможете пройти непобеждённым, как профессионал?

— Я думаю о суперлёгком весе, но оппозиция там крупнее меня. Так что я остановлюсь в этом весе, объединю титулы и только после этого я, может быть, подумаю об этом.


Читайте также: Арум пытался перехватить Гарсию у Спенса, предлагал Кроуфорда и Ломаченко


— Вы не сможете подняться выше 63,5 кг?

— У нас есть много плохих примеров, когда боксёры поднимаются слишком высоко в весовых категориях.

— Вы говорили о славе. Деньги беспокоят вас? Или вас интересует только слава?

— Это вторая цель. Моя основная цель — быть в истории. Я хочу написать своё имя в истории бокса. Если вы через 10 лет пойдёте в бар со своими друзьями, возьмёте пиво и начнёте разговаривать о боксе, вы должны вспомнить моё имя. Я хочу ассоциироваться с боксом, вот в чём моя цель. Что такое деньги? Завтра ты можешь потерять деньги, но своё имя и свою историю ты никогда не потеряешь.

— Вы говорите о месте в истории, насколько вы гордитесь своими достижениями для Украины?

— Конечно, я горжусь страной, где я родился. Я счастлив оставить след после себя, показать, что я украинский парень. Конечно, я горжусь, потому что на этой земле жили мои родители, они дали мне жизнь, они дали мне шанс быть большим спортсменом, большим атлетом. Эта земля подняла меня.

— Мы увидим ещё лучшего Ломаченко?

— Да, но это зависит от моих оппонентов. Я имею ввиду не слабых оппонентов, а я говорю о топ-бойцах. Боксёрах, которые понимают, что им нужно делать в ринге.


Чтобы не пропустить самые интересные новости из мира бокса и ММА, подписывайтесь на наши группы в Twitter, Facebook и ВКонтакте.

VRinge.com
Если Вы заметили ошибку - выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Включить комментарии
Новости партнеров
Последние комментарии
Сопутствующие товары
Система Orphus